Достаточно ли любить родителей, детей, друзей, мужа или жену или начинать нужно с себя? На самом ли любовь к себе - одна из главных потребностей человека? Может ли человек, не любящий себя, получать удовольствие от жизни, ценить других и радоваться вместе с ними? Можно ли научиться ценить себя, даже если себя не любишь? И есть ли способы, которые позволят изменить привычную стратегию жизни и завоевать самоуважение?

Давайте вместе с русским философом Николаем Бердяевым и историком Натальей Никс, психологами  Эрихом Фроммом  и Мариз Вайян, психотерапевтом Светланой Кривцовой и основателем компании Apple Стивом Джобсом поразмышляем о том, почему любовь к себе так непопулярна в России.

Фраза «Я себя люблю; я себя уважаю» звучит как-то не по-русски. И если я ее перевожу как «А кого еще любить?!», то старшему поколению понятие «любовь к себе» кажется почти неприличным. В любом случае, некая неловкость налицо. Но есть ли проблема? Ведь мы любим родителей, мужа или жену, детей, друзей - разве этого недостаточно? Оказывается, нет. 

Разбираясь в философских и психологических тонкостях любви, определяя ее виды (эротическая, платоническая, родительская, патриотическая), людям трудно поверить: все начинается с любви к самому себе, и только потом это чувство обращается к близким, противоположному полу, ребенку, родине и т. д. 

Принятие себя, любовь к себе - одна из наиболее существенных, базовых потребностей человека - это утверждают психологи разных школ и направлений. Если она удовлетворена, наша жизнь гармонична, если нет, возникают проблемы. 

Те, кто себя не ценят, не могут себя любить. Люди, неспособные почувствовать себя счастливыми, всюду носят груз своего недовольства. Они уверены: судьба их не любит.

Их манера - ходить, прижимаясь к стенам. Их комфорт - оставаться незамеченными. Их «пунктик» - как знамя или щит, нести впереди себя свои недостатки. Их особый талант - быть отвергнутыми и... невыносимыми. Главные вехи их жизни - это неудачи.

Всегда сомневаясь в себе, они убеждены, что любить себя - признак тщеславия и эгоизма, которых они (к счастью!) лишены. Трезвость взглядов - единственное позитивное качество, которое они признают за собой. 

«Эти понятия только кажутся похожими», - объясняет экзистенциальный психотерапевт Светлана Кривцова.- Изнутри «любовь к себе» и «эгоизм» - позиции прямо противоположные».

Любовь к себе - чувство интимное. Эта скрытая от чужих глаз область предназначена лишь для меня одного. Мне хорошо с собой - спокойно разговаривать, понимать себя. Хорошо жить в собственном ритме и проживать то, что нравится, и разрешать себе быть собой со всеми вытекающими отсюда банальностями: оказывается, жареную картошку я люблю больше, чем лобстеров. И даже делая то, что не нравится, но нужно делать, я нахожу время для себя, разрешаю себе себя пожалеть, а может быть, даже попечалиться над своей долей.

И свои таланты, и свое несовершенство. Эгоизм - поведение, ведомое мыслью о собственной выгоде. 

Любить себя - значит хорошо обращаться с собой. Такое отношение к себе парадоксальным образом делает нас независимыми от внешних условий. 

Согласитесь: либо мы умеем с собой дружить, и проходим через жизнь со всеми ее черно-белыми полосами, имея теплый и надежный тыл в лице самих себя, либо всю дорогу стараемся не замечать, что внутри нас лишь холодная пустота. 

А она создает невероятное напряжение и должна быть чем-то заполнена. В эту воронку мы судорожно бросаем свои успехи, достижения, признаки благополучия - эффектные, вызывающие зависть атрибуты хорошей жизни. И вот мы видим, что многого достигли, но ощущения тепла нет. 

Мы честолюбивы и безупречны, нам нравится внимание других людей. Но мы всего лишь остаемся эгоистами, потому что все свое время посвящаем одной главной потребности - спастись, хотя бы временно, от чувства грандиозного одиночества, приносящего страдание, с которым другие, любящие себя, не знакомы.

Как мы к себе относимся? Особенно остро этот вопрос стоит для русских (российских) людей, сотни поколений которых воспитывались на идеях любви к кому угодно - от ребенка до царя или генсека, кроме самого себя. 

Какие национальные особенности взрастили в нас эту нелюбовь к себе?

Истоки, вероятнее всего, кроются в христианской традиции. Опираясь на текст Священного Писания, церковь во все времена призывала «любить ближнего». Однако полностью слова Христа в Евангелии звучат так: «Возлюби ближнего своего, как самого себя». Идея, выраженная в этой библейской заповеди, подразумевает, что уважение к своей целостности и уникальности, любовь к себе и понимание своего «я» неотделимы от понимания другого человека, уважения и любви к нему. 

Размышляя об этом, выдающийся психолог и философ Эрих Фромм писал: «Если добродетельно любить ближнего как человеческое существо, то добродетельной, а не порочной должна быть и моя любовь к самому себе, раз я - тоже человеческое существо». Но православная традиция всегда делала акцент на первой части евангельской цитаты.

Европейцы иначе осваивали «науку» любви к себе. Начиная с античных времен в западной философии, этике и искусстве параллельно с идеями самоотречения и аскетизма развивалось гедонистическое учение. 

Древним стоикам, проповедовавшим отказ от земных удовольствий в пользу духовного совершенства, неизменно противостояли эпикурейцы, прославлявшие плотские утехи. А с суровыми средневековыми философами -схоластами, погруженными в размышления о божественном, соперничали развеселые поэты-ваганты с представлениями о мире как о кабаке, где каждый может на славу повеселиться. 

И, хотя на протяжении многих столетий чувственная, «плотская» линия в европейской культуре оставалась на обочине и даже считалась несколько крамольной, полностью она никогда не прерывалась.

Начиная же с эпохи Возрождения, в Европе начинается подлинный культ телесного: полотна Рубенса и Тициана, нарочитая вычурность барочного стиля - все это призывало видеть красоту чувственного мира в каждом явлении жизни.

Русское искусство, напротив, на протяжении всей своей истории было подчеркнуто сдержанным. Идеи социальности, служения высшим идеалам, направленность в первую очередь на духовную сферу составили главное его содержание. 

Еще Николай Бердяев отмечал: русская художественная культура возникла не из радостного творческого избытка, а от муки страдальческой судьбы человека и народа, из поиска всечеловеческого спасения. 

                                                        Культ ближнего

Русская литературная и философская традиции создали культ любви к другому, «ближнему», но не к самому себе. Об этом ясно говорили русские философы: «Любовь есть совершенная отдача себя другому. «Меня» уже нет, а «все - твое» (В. Розанов); «Любовь есть счастие служения другому» (С. Франк). 

Так провозглашалась особая сила любви: она упраздняла эгоизм и возрождала личность в новом нравственном качестве. Ни в русской литературе (за исключением, быть может, только сказок), ни в художественном творчестве практически не встретить примеров радостной, счастливой любви. 

При этом о самом чувстве русские писатели XIX века говорили глубоко и много. В произведениях Пушкина и Лермонтова, Гончарова и Тургенева, Толстого и Достоевского, Лескова и Куприна сложились черты русской любви - вечной и возвышенной. Она чаще всего безответная, неразделенная, самоотверженная. Это победа над культом плоти и обладания, это любовь-подвиг. 

Декабристки, отправившиеся за мужьями в Сибирь, мечущиеся и жаждущие идеала героини Достоевского, цельные женские образы Толстого – все они берут начало в пушкинской Татьяне. Ведь она, «русская душою», пожертвовала не только своим чувством к тому, кого любила, она в конечном итоге пожертвовала любовью к самой себе ради счастья и спокойствия другого человека, к которому любви не испытывала, но которому оказалась «навеки отдана». Поступок, достойный русской женщины...

Наступил ХХ век: на Западе умами владел экзистенциализм с его проблемами жизни и смерти, любви и одиночества, смысла и бессмысленности существования, идеями самодостаточности человека, жизни «здесь и сейчас». А советский тоталитарный режим просто не предполагал развития личностного начала, индивидуальности человека. Внутреннее освобождение было скорее привилегией немногих, нежели практикой большинства.

                Ненужные жертвы

От не любящего себя человека нередко можно услышать, что он «всегда жил для других». Чаще так говорят женщины, посвятившие свою жизнь мужу, детям, внукам и т. д. Особенно эта позиция характерна для женщин России, где идея жертвенной любви была выпестована и православной традицией, и литературой. В России жить для себя и любить себя всегда считалось  чуть ли не греховным делом; такой человек был объектом порицания и осуждения. И наоборот, тот, кто посвятил жизнь другому, становился образцом для подражания, символом правильно прожитой жизни. 

Именно от такого человека мы слышим бесконечные жалобы на то, что он (она) пожертвовал (а) своим счастьем ради счастья детей (друзей, близких и т. д.), а теперь его (ее) не ценят и не любят. 

Но ведь и не могут любить, потому что в ответ на нелюбовь к себе чувство любви не возникает! Так и получается: мы живем для других (а точнее, жизнью других людей) и при этом упускаем собственную жизнь! Разве не обидно? 

Стив Джобс, основатель компании Apple, производящей  планшетные компьютеры, ноутбуки и плейеры, в своей речи перед выпускниками Стэнфорда сказал вот что:

Все верно, у каждого из нас своя судьба, своя жизненная задача, за выполнение (или невыполнение) которой мы несем ответственность. И прежде всего - перед собой.

   Как завоевать самоуважение?

Так можно ли научиться ценить себя, даже если себя не любишь? Есть несколько путей, которые позволят изменить привычную стратегию жизни. О них, а также о тактике завоевания самоуважения очень доступно рассказывает психолог Мариз Вайян в своих книгах «Никогда не поздно простить своих родителей» и «Подростковый возраст на каждый день».  

Часто наша судьба определяется в подростковом возрасте, когда понять, кто мы такие, еще трудно. Мы ищем себя во всех зеркалах. И когда, завалив экзамен или затянувшись «косяком», подросток ясно видит, что окружающие считают его неудачником, наркоманом, правонарушителем, он находит в этих ярлыках понятную модель своей личности. Лучше, чтобы тебя считали «ни-на-что-не-годным», чем стать никем, потеряться в анонимности. Так в ответ на неуверенность в себе возникает негативная самоидентификация. 

Со временем модель «вот такой я плохой» торжествует окончательно. Смыслом жизни становится постоянно доказывать: я и в самом деле такой. И когда подросток взрослеет, этот ярлык - негативная самоидентификация - по-прежнему служит ему визитной карточкой и избавляет от необходимости прилагать какие-то усилия, чтобы люди увидели его истинное лицо.

 

Миллионы людей в юности совершали неблаговидные поступки, заваливали экзамены, пробовали «траву». Однако большинство из них давно забыли об этом, поскольку смогли реализоваться как личности. 

«Если вы думаете, что и вправду «ничего не стоите», попробуйте сделать то, чего не делали прежде: зайдите в детский дом, фонд помощи беженцам или бездомным. Рядом с собой вы увидите тех, кто в вас действительно нуждается. Эти люди дадут вам шанс вернуть уважение к себе и изменить знак самоидентификации с «минуса» на «плюс». Очень важно однажды узнать, что другие могут на вас положиться. Со временем вы станете доверять себе и сможете, уже осознанно, выбрать, кто вы», - советует психолог. 

Бывает так: молодому человеку не удалось успешно закончить институт, хотя преподаватели считали его умным и сообразительным. Но он слышала только вердикт своей строгой матери: «У тебя никогда ничего не получится. Ты - неудачник!» Он, по большому счету, и обращал внимание только на свои неудачи - никакие успехи не смогли разрушить это заблуждение. 

Многим знакомы такие неудачники-виртуозы. Когда все идет хорошо, их охватывает страх, и они бросают начатое дело. Кажется, только новый провал возвращает им душевное равновесие. 

У горьких повторений наших неудач всегда есть скрытая причина: часто это установка на поражение, которая берет начало в самом раннем детстве. Чтобы выйти на волю из заколдованного круга неудач, нужно разорвать негласный «мирный договор» с родителями и признать, что они были не правы. Начать с малого - решиться на это, а потом упорно продвигаться к себе - той своей версии, которую родители не предусмотрели. 

«Чтобы возродить себя, - советует Мариз Вайян, - нужно что-то создать: рисуйте, готовьте, сажайте клубнику на даче – делайте что угодно и старайтесь слышать тех, кто ценит ваше творчество. Важное условие: заведите дневник и записывайте свои превращения шаг за шагом».

Каждый знает таких людей: угрюмые, тревожные, сварливые и постоянно недовольные, они всегда и во всем ищут отрицательные стороны. Жертвы и мученики, они вечно несчастны. Жизнь не любит их. Моменты их радости длятся недолго. Они считают себя недостойными любви, потому что их никогда не любили.

Прежде многие из нас были убеждены, что дурное неизбежно повторится: если с нами сурово обращались в детстве, то и мы будем строги со своими детьми; если нас не любили, то и мы не сможем полюбить. И, конечно, каждому, кто испытал недостаток родительской нежности, знакомо это чувство: счастье не для меня…

Человек может дарить другим то, чего не получил или не испытал сам. Даже если нас не любили в детстве, мы все равно способны и любить, и преуспеть в жизни. Это подтверждает опыт многих людей, и это знает наука. Дарить, доставлять людям удовольствие, любить - это умеет каждый человек, такова наша природа. 

«Нелегко поверить и в то, что в жизни и для вас есть подарки, – говорит психолог.- Составьте список того, что вас радует; вспомните тех, кто был к вам добр. И вы обнаружите, что судьба улыбалась вам неоднократно. Какой была бы ваша жизнь, если бы в решающий момент вы не встретили того или иного человека? Скажите себе, что каждый становится богаче благодаря другим людям, что каждый миг жизни важен, - произнесите это». 

Такой человек не упускает случая сказать гадость. Он не скрывает своих недостатков, будто стараясь вызвать ненависть к себе, и наслаждается тем, что будит в людях такие чувства. Как правило, для такого человека с раннего детства важно быть «самым-самым». Такой ребенок (позже - подросток) хочет получить все и не может преодолеть разочарования: он желает быть самым лучшим и не соглашается - таким, как все. Что остается? Попытаться стать худшим. Не сумев достичь совершенства в хорошем, он стремится достичь его в плохом.

Никогда не поздно опустить высокую планку и признать за собой право на ошибку. Конечно, взрослому сложнее принять свое несовершенство, трудно поверить, что стратегию его жизни определяет боязнь настоящих отношений, желание защититься от эмоционального риска. 

«Попробуйте написать, что вы любите и что ненавидите в себе, - советует Мариз Вайян. - Спросите знакомых, что они ценят и что их в вас раздражает. Возможно, вы готовы встретиться с психологом и провести личностное тестирование. Попробуйте - и вы узнаете о себе, своем характере, чертах личности, способностях и талантах такое, о чем и не подозреваете. Почему же всем этим не воспользоваться? Может быть, вы откроете: маленькие радости доставляют столько же приятных мгновений, сколько и маленькие гадости». 

1. Вайян М. Ты себя уважаешь?/Мариз Вайян//Психология. -2006.- №2.

2. Леви В. Искусство быть собой/ Владимир Леви. - М.: Глобус, 2000

3. Никс Н. Любить себя по-русски/Наталья Никс//Психология. 2006.- №2.

4. Бердяев Н. Самопознание/ Николай Бердяев.- М.:  ДЭВ, 1990.

5. Лотман Ю. Беседы о русской культуре/ Юрий Лотман. - М.: Искусство, 1994.

6. Прихожан А. Психология неудачника. Тренинг уверенности в себе/Анна Прихожан.-М: ТЦ Сфера, 2001.

7. Русский эрос, или Философия любви в России. - М.: Прогресс, 1991.

8. Скончался основатель Apple Стив Джобс//Российская газета. - 2011.- 6 октября. 

9. Фромм  Э. Человек для себя/Эрих Фромм. - М.: Коллегиум, 1992.